Неравенство зарплат — не миф, а бессмыслица

Это отрывок из моей книги «Lean Out» о том, почему судить о достижении гендерного равенства по разнице в зарплате между полами — это в лучшем случае бессмысленно, а в худшем случае навредит тем людям, которым должно было помочь. 

Я убеждена в этом, потому что на один-единственный вопрос о зарплатах тратится огромное количество времени, внимания и сил — хотя в нашем обществе есть гораздо более серьёзные проблемы (например, с бедностью или репродуктивными правами), которые касаются куда большего числа женщин.

В 2008 году Линда Бэбкок пришла в Google на презентацию своей новой книги «Ask for It: How Women Can Use the Power of Negotiation to Get What They Really Want» («Требуй своего: Как женщины могут использовать силу переговоров, чтобы достичь желаемого»). Я всегда интересовалась темой гендерного равенства, поэтому мне было любопытно выслушать эту речь. 


В своей лекции Бэбкок объяснила, что из-за культурно-обусловленных различий женщины реже просят того, чего они хотят, и мы платим высокую цену за свою скромность; наше неумение вести переговоры — главная причина неравенства зарплат и меньшего количества женщин среди руководителей. Она завершила речь обзором своей программы из четырёх частей, направленной на то, чтобы научить женщин говорить за себя и требовать того, чего мы хотим.

Речь показалась мне вдохновляющей, но в исследовании Бэбкок было несколько неясных моментов. Поэтому во время ответов на вопросы я подошла к микрофону, чтобы спросить: возможно, женщины реже просят повышения зарплаты, потому что для них есть вещи важнее этого? Я хотела узнать, влияет ли желание работать неполный рабочий день или возможность иметь более гибкий график на то, как часто женщины просят о повышении.

Бэбкок начала напрягаться по мере того, как я развивала свою мысль. Когда я закончила, она медленно и глубоко, излишне наигранно вздохнула, словно ей нужно было успокоиться перед ответом на самый бредовый вопрос, который она когда-либо слышала в своей жизни. С усмешкой, она наконец поинтересовалась:

Вы спрашиваете меня... нравятся ли женщинам деньги?

В аудитории раздались смешки, что, по-видимому, понравилось Бэбкок. Все присутствующие единодушно считали меня идиоткой. Мне хотелось спрятаться под стул.

Я ответила в микрофон:

— Эй, стерва, это же ты написала целую книгу, чтобы женщины не стеснялись задавать вопросы? Так какого чёрта ты сейчас пытаешься меня унизить?

Хотя нет. Это то, что я сказала ей в своей голове той ночью, когда я прокручивала всё случившееся в сотый раз, перед тем как заснуть. В реальности я пробормотала нечто вроде извинения-уточнения:

— Простите... нет.. Разумеется, я знаю, что женщинам нравятся деньги. Я просто хотела сказать, что если женщины чаще просят о чём-то другом? Например... может, они готовы отказаться от повышения зарплаты ради возможности работать из дома, или что-то вроде того.

Покончив с публичным унижением, Бэбкок решила напрямую от меня отмахнуться.

— Я не собираюсь вступать в дискуссию «природа-или-воспитание», если это то, во что вы меня пытаетесь втянуть. Следующий вопрос. Спасибо. 

Существует распространённое заблуждение о неравенстве зарплат в США. Когда президент Обама утверждал, что женщины зарабатывают «77 центов на каждый доллар, заработанный мужчиной», это звучало так, словно женщинам платят меньше, чем мужчинам за одинаковую работу. Но в реальности зарплаты женщин в среднем ниже потому, что мы выбираем профессии, которые приносят меньше дохода.

Например, женщины преобладают в школах и детских садах, в то время как мужчины — в финансовой и банковской сфере. 
С учётом разницы в рабочих часах, опыте работы, квалификации и выборе профессии (например, учитель или банкир), неравенство зарплат сокращается с 80% до 96%. Иными словами, это не компания Х платит мужчинам-менеджерам меньше, чем женщинам; скорее, в компании Х в принципе работает меньше женщин на этой должности.

Деньги — это не самоцель, а инструмент для достижения главной цели, то есть собственного благополучия. 

Они полезны только тогда, когда помогают нам осуществлять наши мечты, когда их можно потратить в соответствии с тем, что мы ценим как личности. Для одной женщины гибкий график может быть важнее высокой зарплаты, а для другой материальное благосостояние будет иметь большее значение, чем неполный рабочий день. Сравнивать этих двух женщин — и вообще сравнивать кого угодно на основании зарплаты — бессмысленно; это ничего не говорит нам о том, какая из женщин более успешна.

Я не говорю, что женщинам не нравятся деньги. Я не говорю, что это нормально платить мужчинам больше, чем женщинам, за точно такую же работу. Моя идея заключается в том, что сравнивать общий заработок всех мужчин и всех женщин без учёта различных факторов — это не только бессмысленно при измерении прогресса, но и напрямую вредит тем людям, которым должно было помочь, наносит ущерб тому, что, пожалуй, куда важнее денег — человеческому благополучию.

Если увеличение рабочего дня, штата подчинённых и времени, потраченного на офисные интриги, в конечном счёте ухудшит качество нашей собственной жизни — как мы можем назвать это успехом? Потому что мужчины успешнее женщин? Успешнее в чём? В какой-то момент нам приходится спросить себя: чего мы хотим достичь и с кем мы соревнуемся? Моя основная мысль именно в этом: если мы будем бороться с неравенством зарплат, измеряя успех только в деньгах, множеству женщин придётся пойти наперекор своему собственному благополучию — а это прямая противоположность прогрессу.

Стоит задать себе и другой вопрос: относительно чего мы оцениваем успех мужчин. Если мы так боремся за общество равенства, в котором половиной компаний руководят женщины, а половину домашних дел выполняют мужчины, почему мы не измеряем то время, которое мужчины проводят, занимаясь домашним хозяйством и воспитанием детей? Правительство не финансирует никаких проектов, которые бы побуждали мужчин выбирать работу с более гибким графиком или возвращаться домой пораньше, чтобы приготовить ужин и помочь детям с домашним заданием. 

Заставить женщин зарабатывать больше денег — это не единственный способ сократить неравенство зарплат. Мы можем избавиться от разрыва в доходах, если мужчины начнут выбирать работы с более гибким графиком, чтобы проводить больше времени дома. Или если среди мужчин будет больше домохозяинов, которые воспитывают детей и занимаются домашними делами. 

Если мужчины изберут этот путь, то и у женщин будет больше баланса между работой и семьёй, в котором они нуждаются. 
Но мало кто способен взглянуть на проблему с этого ракурса, задать себе вопрос: «Чего хотят женщины, в чём они нуждаются, как мы будем определять успех в соответствии с этими стремлениями?». Вместо этого люди заявляют: «Мужчины находятся в идеальном положении в обществе, давайте сравнивать себя с ними».

Источник



  • 0
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.