Педоистерия в России!

Данная статья размещается, как комментарий от одного из авторов в интернете на тему попытки со стороны власти снова ужесточить наказание по статьям о педофилии.

Является ли это защитой детей? Или может быть жестоким, политическим пиаром на детях? Как раз накануне выборов.

Людей собирают под педофобную идеологию, и действует эта идеология достаточно эффективно.

Начинается всё с очень интенсивной и агрессивной пиар-кампании в СМИ, посвященной проблеме сексуального насилия над детьми. В кампанию включаются, как правило, все крупные СМИ, в том числе и государственные. Они трубят, что дети подвергаются страшному сексуальному насилию.

Для эмоциональной накачки в криминальной хронике отыскиваются случаи жестоких убийств с изнасилованиями малолетних и далее эти случаи неделями обсуждаются в прессе.
Подробнее
  • 0

"Это жертва, которую я готова принести" (о жертвах ложных обвинений)

Крис Авеллон, геймдизайнер и сценарист, пишущий истории для компьютерных игр,  недавно нарушил почти годовое молчание и наконец ответил на обвинения в свой адрес, причём ответил наиболее жёстким образом: обратившись в суд. И его история вновь поднимает вопрос отношения мейнстримного феминизма (того самого, который мы видим в крупных журналах и на страницах влиятельных издательств) к проблеме ложных обвинений. Вспоминается спор, произошедший несколько лет назад, но всё ещё актуальный.

В далёком 2017 году обозреватель Teen Vogue феминистка Эмили Линдин заявила, что разрушенные карьеры мужчин (из-за ложных обвинений) – это жертва, которую она готова принести. В ответ её оппоненты предположили, что она, видимо, не получила в свое время хорошей оценки за отчёт по книге "Убить пересмешника", которая обязательна для изучения в 7 классе школ США. 

Основная сюжетная линия строится вокруг маленькой девочки, чей отец по поручению города становится адвокатом чернокожего работника, обвинённого в изнасиловании белой женщины... (продолжение)



Подробнее
  • 0

Ложные обвинения и последствия

Материал любезно предоставлен нашими партнерами из антисексистского проекта Небезопасное пространство.

В Реддите новый эпичный тред. Мужчинам, которые пострадали от ложных обвинений, задали вопрос - как вы справляетесь и живете дальше? В треде уже около двух тысяч комментариев, рассказано множество грустных историй из жизни.

Когда проблему ложных обвинений отрицают, основной аргумент - это слишком редкое событие. Но все оценки касаются ложных обвинений, которые окончились судом. Неявно предполагается, что ложное обвинение опасно только возможностью посадить невинного. А невиновных мужчин якобы сидит очень мало, куда больше изнасилований, о которых не заявляют в полицию.

Что бросается в глаза в историях ложно обвиненных мужчин - их не посадили. Во многих случаях дело до полиции не доходило вообще. А ущерб нанесен был. Многие после такого удара не могут оправиться годами, замыкаются в себе и боятся женщин.
Подробнее
  • 0

«В камере ты рассказываешь всё — тебе либо верят, либо нет»: Сергей Семёнов — о тюремном общении

В 2016 году суд приговорил студента Сергея Семёнова к восьми годам колонии строгого режима за изнасилование на тот момент несовершеннолетней Дианы Шурыгиной.

История его преступления вызвала широкий общественный резонанс, а вина многократно подвергалась сомнению в СМИ.

Апелляционная инстанция снизила срок пребывания Семёнова в заключении до трёх лет и трёх месяцев колонии общего режима. А через год молодого человека освободили условно-досрочно.

Какой приём ждал Сергея в камере, где не жалуют насильников, почему его отпустили по УДО и что подтолкнуло его заняться правозащитной работой — обо всём этом герой рассказал лично в рамках проекта «Освобождённые» Марии Бутиной.
Подробнее
  • 0

Никто не спросит мужское «да»

Видео по мотивам статьи можно посмотреть здесь. Спасибо Павлу Сапову за видеоформат.

Сейчас в Швеции и ряде других стран приняли закон о вербальном (словесном) согласии.

Если коротко — теперь нужно обязательно получить вербальное «да», прежде, чем заняться сексом.

Это вербальное «да» может быть отозвано в процессе, но при этом пока не уточняется должен ли быть отзыв вербальным.
Теоретически закон является эгалитарным, то есть, спрашивать вербальное «да» должны и мужчины, и женщины. Однако, на практике мы имеем типичный парадокс — женщин за отсутствие такого вопроса не наказывают, ибо они жертвы по умолчанию, не то, что мужчины.

Читаю — осужден первый «насильник» по этому закону. «Женщина вела себя пассивно и не давала вербального согласия».

Эту чудесную историю, в которой женщина принимает среди ночи в постели мужчину в одних трусах, а потом уверяет, что не помнит куда и почему трусы делись (парень говорит, что она сама и помогла их ему снять) вы можете прочитать сами по ссылке.
Подробнее
  • 0

А ведь #MeToo мог быть совсем другим

    Было много разного, что в целом требовало флешмоба, в рамках которого можно было бы рассказать "да, это со мной было, да я больше не хочу это терпеть". Еще раз подчеркну - с обеих сторон хватало и мужчин, и женщин, да и хватает до сих пор.

Проблема была не в том, что флешмоб появился. Она была в том, кто его использовал и как.

Флешмоб #MeToo развился в среде, в которой одной из наиболее значимых идеологинь, не осужденной официально за свои слова ни одним русским либфем-проектом, я молчу уже про интерсекфем и радфем, является Кэтрин Элис МакКиннон, сформулировавшая следующую мысль:


"В патриархальном обществе любое гетеросексуальное сношение является изнасилованием, потому что женщины как группа недостаточно сильны, чтобы дать осмысленное согласие".
Подробнее
  • 0

Контрсексуальное насилие в семье

В наши дни много говорят о сексуальном насилии. Особенно часто стала подниматься тема семейного сексуального насилия, обычно в контексте — жена не хочет, а муж настаивает.

Говорится много красивых слов о том, что «если один партнер не желает, а второй настаивает, то это домогательство и даже изнасилование».

Но вот такое дело — сейчас доминирует в обществе моногамная семья. То есть, если два человека вступают в отношения или тем более брак, то им закрывается возможность для удовлетворения полового желания с кем-либо третьим. Сексуальная верность подразумевается, а чаще всего и прямо требуется.

И получается следующая картинка:
— Человек запрещает партнеру удовлетворение сексуальных потребностей с кем-либо, кроме него. Ибо измена это плохо.
— Человек заявляет, что настойчивость в предложении секса партнером — домогательство переходящее в изнасилование. И что это плохо.
— Человек отказывает партнеру в сексе, очень часто систематически на протяжении длительного времени.

Очевидно, что это есть насилие над партнером. Фактически такой человек держит партнера в состоянии принудительного воздержания, злостно манипулируя общественными нормами и чувствами своего партнера.
Подробнее
  • 0